Введение

Тактика действий украинских диверсантов преподнесла достаточно неприятных сюрпризов. Но как показал боевой опыт, с ними можно успешно бороться, если воевать по-настоящему.

Потомки полицаев

Тактику украинских вооружённых формирований с использованием мобильных ДРГ (диверсионно-разведывательных групп численностью до взвода) для прорыва и закрепления на плацдарме или на окраинах населённого пункта, рассматривать как ноу-хау не стоит. Всё старо как мир.

Выскочили на «оперативный простор» — стремительный набег, при сопротивлении — манёвр, быстрая перегруппировка, передача координат выявленной цели поддерживающей артиллерийской батарее, отход, поиск очередной бреши в обороне противника. В случае удачи — закрепление на завоёванных позициях до подхода основных сил.

Специалисты НАТО, посылая украинскую ДРГ, естественно, держат с ними связь, выдавая целеуказания буксируемой гаубичной батарее М777 или самоходной батарее французских CAESAR, немецких Panzerhaubitze 2000 или американских САУ М-109 Paladin. В случае установления координат важного объекта либо крупного сосредоточения войск целеуказание выводится на сенсорный экран РСЗО M142 HIMARS.

И тут появляются деликатные нюансы. До команды на залп HIMARS, чтобы не тратить дорогостоящие реактивные снаряды GMLRS стоимостью 150 тысяч долларов за каждый понапрасну, убедительно просят ДРГ немного потерпеть под обстрелом — покрутиться в квадрате. Поскольку залп HIMARS из шести направляющих пакета стоит миллион долларов, цель должна быть установлена точно. Ну а сами боевики ВСУ ничего для их реальных хозяев не стоят, это заведомо расходный материал. Пока цель не определена, им предписано оставаться в секторе досягаемости российских средств огневого поражения.

Однако выявление наших военных объектов — лишь одна из задач ДРГ противника. Вылазки сопровождаются такими аспектами, как вывод из строя коммуникаций и установление огневого контроля над логистическими артериями. Также замечено, что вместо организации опорных пунктов, что называется, в чистом поле, до подхода подкреплений украинские ДРГ предпочитают закрепляться прямо в жилой застройке деревень и городков, прикрываясь мирным населением, которое используется не только в качестве живого щита, но и как источник пополнения запасов продовольствия. Очень «технологично»…

Инструкторы НАТО, курирующие специальную подготовку украинского спецназа, причём как регулярных подразделений, так и добровольческих, применяют как минимум два известных задела: исторический опыт махновщины и бандеровского сопротивления, к которому потомки полицаев великолепно адаптируются, а также тактику иррегулярных формирований ИГ (террористическая организация, запрещённая в РФ), использующих для перемещения джихадистов, такой специфический вид вооружений, как «джихад-мобили» с крупнокалиберными пулемётами.

Справка

У ВСУ вместо «тойот», как основного средства передвижения манёвренных банд салафитов, — списанные англичанами бронетранспортёры «Спартан» FV103 c четырьмя штурмовиками в отсеке (35 машин), разработанные полвека назад французские БТР VAB — бронированные машины переднего края с десантом в 10 головорезов (в наличие несколько десятков машин на колёсном шасси) и массово поставленные Украине преодолевающие брод БТР М113. Их у ВСУ на май 2022 года было более 300 единиц. Даже если сейчас осталось меньше половины — всё равно достаточно, чтобы забрасывать боевиков из леса или укрепрайонов хоть и не на широком фронте, но на отдельном оперативном направлении.

Стоит отметить, что у ВСУ для перемещения десанта есть ещё плавающие БМП советского производства, предназначенные для транспортировки личного состава к переднему краю, оставшиеся на балансе ВСУ после развала СССР. До начала демилитаризации террористической армии Украины одних только БМП-2 у ВСУ было более 900 единиц. Плюс 194 БМП-1 с десантовместимостью 8 бойцов и даже 4 относительно свежие БМП-3.

Немцы свои БМП «Мардер» производства 70-х годов с десантовместимостью 7 бойцов Украине так и не поставили, а компенсировали поставкой 30 зенитных самоходных установок ЗСУ «Гепард» производства ещё 1970-х, предназначенных для непосредственного прикрытия сухопутных войск и уничтожения воздушных целей на высотах до 3 км, а также наземных целей на дальности до 4500 метров. Но дарёному коню, как известно, в зубы не смотрят…

При этом неприятельские ДРГ несут большие потери, чтобы оправдать которые, украинская пропаганда заявляет, будто подобная тактика является чуть ли не самым передовым опытом НАТО. На самом деле и США, и НАТО всегда берегли своих спецназовцев — всё-таки штучный товар, бросая в пекло исключительно туземцев, что, собственно, и происходит сегодня на полигоне под названием «Украина».

Что батька Махно прописал

Центры информационно-психологических операций, курируемые ЦРУ, споуксмен Арестович, находящийся в штате не столько Офиса президента, сколько английской разведки, периодически заявляют о перемогах, которые зиждутся якобы на смекалке и так называемом казацком драйве, сознательно упуская два нюанса. Первый, который бросается в глаза, — откровенный плагиат тактики батьки Махно, ведь броневики или вооружённые джипы — это, по сути, реинкарнация тачанки с пулемётом «Максим» и лентами патронов калибра 7,62 мм. Даже пули браунингов, установленных на М113, того же калибра. Второй момент, о котором уже упоминалось, — это отношение к личному составу украинских ДРГ, как к расходному материалу. Что закономерно, потому украинцы для англосаксов — существа второго сорта. Их предназначение — умирать за геополитические интересы США и НАТО.

Вот Украина и катится под откос, воюя на устаревшей, плохо защищённой иностранной технике. При этом надо отметить, что махновские тачанки в своё время действительно были новым словом в военном деле и пользовались большой популярностью. Отряды Махно легко проходили до 100 км в день. Однажды Махно за 11 дней прошёл более 600 км от Умани до Гуляйполя. Но чаще махновцы использовали свои тачанки для быстрого бегства с поля боя, а пулемёт применялся против погони. Стрельба по курсу использовалась только вынуждено, поскольку тогда под огонь противника попадали кони. Это к тому, что махновцы своих лошадей жалели и берегли, тогда как американские кураторы новых махновцев и бандеровцев не ценят ни в грош.

Новобранцы из Украины, конечно же, проходят специальную подготовку на полигонах в Польше, Прибалтике и даже в Великобритании. Их учат минно-подрывному делу, уделяют время на психологическую подготовку, парашютно-десантную, даже на подводную и альпинистскую — чтобы научить действовать в городских условиях. Но главное, что внушают будущим членам ДРГ — уверенность в неуязвимости и способности действовать автономно в тылу противника.

Террористы в маскхалатах

Нет сомнений, что и против украинских ДРГ будет найдено эффективное «противоядие». Уже понятно, что заброска в наш тыл диверсантов производится в основном на машинах и на катерах. Не вводит в заблуждение и малочисленность диверсионных групп, которая сполна компенсируется скрытностью, манёвренностью и мобильностью. Это, конечно же, осложняет мероприятия по их поиску и ликвидации, но сегодня в распоряжении российской армии есть все современные средства обнаружения ДРГ противника, включая разведывательные БПЛА, которые позволяют оперативно обнаружить засланных в наш тыл диверсантов.

Однако сбрасывать со счетов тот факт, что диверсионная деятельность иной раз способна причинить нашим войскам не меньший урон, чем полнокровная строевая часть, нельзя. Во главе угла сегодня — апробированные методы противодействия диверсантам, в которые входят дезорганизация логистических хабов и связи противника, ведение асимметрической войны на неприятельской территории.

Кстати. Согласно международным соглашениям и законам ведения войны, диверсионные мероприятия допускаются только в военное время и только в отношении объектов армии, флота, военно-промышленного комплекса, средств связи и транспортных коммуникаций государства-противника. ВСУ эти правила нарушает, систематически прикрываясь гражданским населением. Этим киевский режим уже поставил себя вне закона.

Ну а кровавые расправы с мирным населением, которыми регулярно грешат украинские ДРГ, должны квалифицироваться как терроризм и военные преступления. Причём преступниками являются не только члены таких групп, но и политические лидеры, отдавшие преступные приказы. Хотя бандитов из ДРГ возможное в будущем наказание за их злодеяния пока что не сильно пугает. Но это пока их «крышует» Запад…

Рано или поздно придётся определиться: подпадает ли личный состав украинских ДРГ, с учётом их особенных «заслуг», под статус комбатантов на общих основаниях, или это обычные преступники, действия которых даже в условиях военного времени следует расценивать как терроризм. При этом не следует забывать, что науке убивать украинских диверсантов обучают в специальных центрах НАТО.