Леэн Кульман: подвиг разведчицы

Леэн Кульман: подвиг разведчицы

Введение

Судьба этой славной девушки, положившей жизнь на алтарь нашей общей Победы над немецким фашизмом, доказывает, что кроме легионеров СС, в Эстонии были другие эстонцы и другие эстонки.

Фронт после победы

В ряде бывших союзных республиках, ставших самостоятельными государствами, борьба с советским прошлым приобрела признаки идеологической шизофрении. В том числе и в Эстонии, где Героя Советского Союза Арнольда Мери, который был четырежды ранен в бою, но продолжал сражаться, хотели бросить в тюрьму. Легендарного лётчика Энделя Пусэпа, бомбившего Берлин, доставившего через все фронты на своём самолёте советскую делегацию во главе с Вячеславом Молотовым сначала в Англию, а потом и в США, лишили жилья как «пособника оккупантов», а в его квартиру поселили бывшего эсесовского легионера.

Эти невесёлые события мы обсуждали с резидентом советской военной разведки в Ливане полковником Александром Никифоровым. Он предрёк: «Следующей на расправу будет разведчица Хелена Кульман, первая и единственная эстонка, получившая звание Героя Советского Союза. Хелена была настоящим патриотом. Она отказалась работать на фашистов – участвовать в радиоигре. И они убили её. Так что для эстонских националистов Кульман – кость в горле.

Герои Советского Союза майоры Эндель Карлович Пусэп (слева) и Александр Павлович Штепенко у бомбардировщика Пе-8 на аэродроме Кратово, 1942 г.
Герои Советского Союза майоры Эндель Карлович Пусэп (слева) и Александр Павлович Штепенко у бомбардировщика Пе-8 на аэродроме Кратово, 1942 г.

Полковник Никифоров оказался прав. Спустя некоторое время эстонские СМИ ожидаемо взорвались сенсацией: дескать, по советским меркам Хелена Кульман предатель. Отсюда и соответствующие заголовки в местной прессе: «У Леэн Кульман было две жизни», «Немцы инсценировали убийство Кульман»… А как было на самом деле?

«Нельзя быть слабой»

Леэн Кульман, которую при рождении назвали Хелена, была шестым ребёнком в семье сапожника. Полуголодное детство. Тяжело заболел и умер отец.

«В 1932 году, – напишет Кульман в биографии, – умерла от несчастного случая моя школьная подруга Майга Берзинь. С этого времени её родители начали поддерживать меня материально. Летом я жила у них, зимой – у матери. Летом 1940 года была с приёмной матерью в Пярну. 21 июня произошёл полный разрыв между мной и приёмными родителями».

И Леэн уехала в Таллин к старшей сестре. Поступила в педагогическое училище, вступила в комсомол, работала пионервожатой, в марте 1941 года стала комсоргом 4-й таллинской средней школы. В дни обороны Таллина – уполномоченная горкома комсомола, помогает раненым, тушит пожары. Когда немцы ворвались в пригороды Таллина, Леэн эвакуировалась на пароходе в Ленинград. В один из этих полных тревоги дней в её дневнике появилась запись: «Нельзя плакать, нельзя быть слабой. Для этой борьбы нужны железные люди».

Потом была эвакуация дальше на восток – в Челябинскую область. Вместе с сестрой Анной она работала в колхозе «Ленинский путь». Здесь сёстры узнали, что формируется эстонская дивизия, и пошли в военкомат. 9 января 1942 года их зачислили добровольцами в тыловой санитарный батальон. Но Леэн рвётся на фронт, и в конце концов девушку направляют в разведшколу Балтийского флота. А в её характеристике появляется запись: «Имеет большое желание скорее идти на фронт для борьбы с фашизмом».

Леэн с братом Борисом, 1938 г.
Леэн с братом Борисом, 1938 г.

Кульман готовили основательно: радиодело, немецкий язык, прыжки с парашютом, основы оперативной работы. На Леэн очень надеялся начальник разведотдела Балтийского флота полковник Наум Фрумкин, поскольку у будущей разведчицы были хорошие «опорные пункты на земле» – в местах, где ей предстояло работать, жила мать Хелене, родная сестра Ольга и приёмные родители.

Подготовкой Леэн Кульман руководил офицер разведотдела Иван Рябов, которого на самом деле звали Куприяном Викуловым. Впрочем, и Кульман в разведшколе вовсе не Кульман, а Линда Туллиман. Даже преподаватели не знали её настоящей фамилии.

Среди моих «учеников», – напишет после войны инструктор разведотдела Евгения Кацева, – было несколько прибалтов – юноша и три девушки. С одной эстонкой, Леэн Кульман, я даже подружилась. Мы были ровесницы, обе изучали филологию. В 42-м году её перебросили в район Таллинского порта, откуда она радировала важные военные сведения, о чём я узнала много позже (равно как и её фамилию), когда в 1965 году ей посмертно присвоили звание Героя Советского Союза».

В конце августа за три недели до десантирования в тыл, Леэн Кульман напишет сестре Анне письмо: «Я рада, что могу уже немного активнее действовать. Я чувствую большую уверенность, зная, что все члены нашей семьи борются за ту же цель, для которой живём мы и во имя чего отдаём сейчас свою энергию… Так каждое достижение могу я с удвоенным удовлетворением и радостью ставить в счёт Родины… Жизнь в этих больших трудностях всё же красива и ценна. Если бы только хватало сил достичь всё, чего так хочется и чего ждёт от тебя Родина. Нет больше радости, когда после войны можно сказать: “И я помогла нашей победе”…».

В тылу врага

Глубокой ночью 14 сентября 1942 года в небо поднялся самолёт. После возвращения морской лётчик капитан Летуновский написал в рапорте: «Вылет произведён в район города Тарту, 2,5 км южнее местечка Вялки. Парашютист выброшен в 22 часа 44 минуты с высоты 300 метров при скорости самолёта 240 км/час. Парашют раскрылся нормально, и приземление произошло в указанном месте». А уже на следующее утро в разведотдел штаба Балтийского флота поступила радиограмма: «Всё в порядке. Приступаю к выполнению задания. «Камбала».

Леэн Кульман на первомайской демонстрации, 1941 г.
Леэн Кульман на первомайской демонстрации, 1941 г.

Лес северо-восточнее Тарту выходит к Чудскому озеру. Здесь и приземлилась разведчица. Ей было поручено собирать сведения о передвижениях военных кораблей и грузового транспорта в порту Пярну, о перевозках по железной дороге Рига-Нарва, о боевом составе немецкой флотилии, которая базировалась на Чудском озере.

Разведчица вела наблюдение, а вечером торопилась в лес, где была спрятана радиостанция. И каждый такой переход был сопряжён с опасностью, поскольку у Кульман, кроме старого эстонского паспорта, не было никаких документов, а на дорогах дежурили немецкие патрули. И однажды Леэн появилась на пороге Техтвереской мызы, где жила её мать. Лишних вопросов дочери она не задавала, но было понятно, что обменять старый эстонский паспорт и легализоваться не получится. И Леэн перебралась на хутор под Луутснику, что невдалеке от Выру, где жила сестра Ольга. Место было глухое, Леэн здесь никто не знал.

Остановившись у сестры, разведчица наблюдала за движением противника на шоссе Псков-Рига и по железной дороге, узнавала расположение немецких гарнизонов. А, вернувшись на хутор, разворачивала в сарае радиостанцию и выходила в эфир. И так каждый день. Сестра, которая помогала ей в работе, позже рассказывала: «Когда Леэн уходила в сарай, чтобы установить связь со своими начальниками, я брала в руки пятимесячную дочь Лууле и прогуливалась у дороги, чтобы в случае опасности предупредить».

Вспоминая о деятельности разведчиков Балтийского флота полковник Наум Фрумкин говорил так: «Перед ними стояли трудные задачи – изучить состав сил противника, количество и типы кораблей и судов, собрать информацию для обеспечения действий подводных лодок и боевых самолётов на морских сообщениях противника в Финском заливе и центральной части Балтийского моря».

Копия удостоверения комсорга ЦК ЛКСМ Эстонии Леэн Кульман.
Копия удостоверения комсорга ЦК ЛКСМ Эстонии Леэн Кульман.

Интенсивная работа в эфире привела к тому, что питание радиостанции село и слышимость к концу ноября – началу декабря была не более двух-трех баллов. В архивах остался доклад оператора: «До 6.11.42 года корреспондент работал со слышимостью 1-2-3 балла, временами пропадал совершенно». Состояние связи обеспокоило разведотдел. Разведчице была направлена радиограмма: «При первой хорошей погоде высылаем вам всё необходимое».

Центр планировал прислать несколько комплектов радиопитания, но Леэн и без помощи разведотдела решила эту проблему. Где и как она достала батареи, теперь уже навсегда останется загадкой, но 20 ноября 1942 года «Камбала» снова работала в эфире на полную мощность.

Но засиживаться на одном месте было нельзя. В-первых, немецкая пеленгаторная служба работала хорошо, во-вторых, разведотдел ждал данных из других районов. И Кульман принимает решение: переехать в Пярну к приёмным родителям. Несмотря на ссору, Фриц и Эмилия Берзини приняли «беглянку» и разместили в одной из комнат своей двухэтажной виллы. Леэн рассказала о пережитых мытарствах, об эвакуации. А остальное они знать не должны были. Рацию разведчица спрятала в шкафу и как могла замаскировала.

С конца декабря радистка вела передачи уже из дома Берзиней: передала сведения о расположении складов, графики прохождения воинских эшелонов. В архиве сохранились шифрограммы, посланные из Пярну. «У устья реки Пярну – большой военный склад; у реки Пярну, налево от пешеходного моста, 200 метров выше, – склад продовольствия». «20 декабря порт Пярну замёрз. Кораблей нет».

После нескольких недель работы в Пярну, Кульман сменила дислокацию и вернулась к сестре. Именно тогда штаб Балтфлота узнал и о составе морских сил на Чудском озере, и о формировании «эстонского легиона». В новогоднюю ночь Леэн Кульман передала в Центр свою последнюю радиограмму: «Приветствую Родину в Новом году».

Леэн Кульман.
Леэн Кульман.

3 января 1943 года на хутор ворвались фашисты и учинили в доме сестры обыск. Казалось, всё обошлось, но буквально под самый конец обыска одному из фашистов удалось обнаружить радиостанцию, спрятанную в матраце.

Разведчицу арестовали. Вот как об этом дне вспоминала её сестра Ольга: «Леэн была очень спокойной. Только лицо её было бледнее обыкновенного. Её твёрдое поведение помогло и мне сдерживать слёзы. Она хотела мне что-то сказать, но ей не разрешили. Улучив момент, она прошептала: «Тебя я не вмешаю. Ты ничего не знаешь о всей этой истории. Ясно?»

Уже после войны в архиве была найдена карточка из картотеки немецкой политической полиции, заполненная ещё в 1941 году. Вот текст: «Кульман Леэн Андреевна, 31.1. 20 г., незамужняя, эстонка, комсомолка». И указан адрес проживания в городе Таллине. Это свидетельствует о том, что немецкая полиция разыскивала комсомолку Леэн Кульман с первых недель оккупации Эстонии. Позже к этим данным добавились показания предателя, который сообщил, что Кульман является разведчицей и проживает на хуторе у сестры. И это всё, что было тогда известно.

Конец радиоигры «Лидия»

…Пройдут десятилетия после войны, уйдёт в небытие великая страна, а к власти в Эстонии придут ярые националисты. Вот тогда и была предпринята попытка превратить Героя Советского Союза Леэн Кульман в предателя. Те, кто начинал это грязное дело, понимали: тайну гибели разведчицы очень удобно использовать в политических целях.

К примеру, что можно добавить к подвигу Героя Советского Союза эстонца гвардии лейтенанта Сергея Митту, который в июне 1944 года до последнего удерживал переправу, а когда его танк был подбит, направил горящую машину на скопление немецких войск? А как можно переиначить на свой лад подвиг Героя Советского Союза эстонца Иосифа Лаара, который, как и Александр Матросов, закрыл своим телом амбразуру дота? У разведчиков же всё иначе, поскольку их подвиги из разряда непубличных. Думай, что хочешь – погибли или сломались под пытками…

Герой Советского Союза Иосиф Лаар, повторивший подвиг Александра Матросова.
Герой Советского Союза Иосиф Лаар, повторивший подвиг Александра Матросова.

Так пропала без вести разведгруппа «Вера», в состав которой входила радистка Анфиса Горбунова. Много лет о группе не было ничего известно, пока в Пскове в одной из камер бывшей гестаповской тюрьмы строители не обнаружили за притолокой пожелтевший листок из школьного учебника. На одной стороне листа кровью выведены контуры красного знамени, на другой было написано: «Сегодня 17-го октября 1942 года. Больше месяца сидим в этой одиночке. Нас трое. Мы честно выполнили свой долг перед Родиной. За это нас истязают фашисты. Чтобы они ни делали, мы погибнем честно, как в бою. Прощайте, товарищи! Отомстите за нас».

Но не у каждого разведчика была возможность оставить весточку своим. После Леэн Кульман осталась только запись в полицейской карточке: «Находясь под арестом, Кульман умерла. Закончить личное дело 02.04.43». Казалось бы, всё предельно ясно.

Но в эстонской прессе появилась своя версия: будто бы разведчика не погибла, а проживала после войны в Германии. Появился и «свидетель», который утверждал, что немцы сами устроили Кульман «побег». Понятное дело, за предательство. Некий капитан Эрнст Любек, командир Вырумааской дружины, утверждал, будто Кульман «вместо расстрела выбрала жизнь», а «немецкие умельцы» с её помощью якобы, поддерживали связь с разведотделом Балтфлота – то есть вели радиоигру, что «было очень полезно».

Идеологам «независимой» Эстонии такое прочтение давних событий было чрезвычайно полезным. Получалось, Леэн Кульман на самом деле «настоящая эстонка», которая сделала «правильный выбор»… В качестве доказательства были приведены трофейные немецкие документы, к которым следует внимательно присмотреться. Чего второпях в Таллине не сделали…

 В Минске, на доме №2 по улице им. Л.А. Кульман установлена мемориальная доска.
В Минске, на доме №2 по улице им. Л.А. Кульман установлена мемориальная доска.

Действительно, 12 января 1943 года руководитель подразделения абвера обер-лейтенант Офчарек отправил руководству в Варшаву шифрограмму, в которой рапортовал, что агентурная радиоигра с Кульман началась, и, что примечательно, эта шифрограмма была перехвачена нашей радиоразведкой. Но обер-лейтенант, по всей видимости, поторопился, полагая, что ему быстро удастся сломать советскую разведчицу.

Не вышло, Леэн отказалась работать на немцев. Тогда Офчарек посадил за ключ своего радиста, но и из этого ничего не вышло, поскольку в разведцентре отлично знали почерк Леэн Кульман. И уже на третий день, 15 января 1943 года, обер-лейтенант радировал в главную квартиру абвера, что «радиоигра “Лидия” оборвалась». В немецких застенках Леэн Кульман провела ещё почти три месяца.

Двадцать лет спустя, когда были выяснены подробности этой необыкновенной судьбы, Леэн Андреевне Кульман посмертно присвоили звание Героя Советского Союза.


Межрегиональная общественная организация «Союз ветеранов спецназа ГРУ» имени Героя РФ Шектаева Д.А. открыла постоянный сбор для помощи защитникам Донбасса и подразделениям ВС РФ, выполняющим задачи СВО. Подробнее
   
Скачать

Рейтинг
( 1 оценка, среднее 5 из 5 )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:

Добавить комментарий